Версия для мобильных
 
Логин/e-mail: Пароль:  
Официальный сайт Уполномоченного по правам ребенка в Санкт-Петербурге
spbdeti.org








Яндекс.Метрика
О работе Уполномоченного \ Что делаем \

Ваня сорок первый

У двухлетнего Вани Богданова* огромные голубые глаза и такие длинные ресницы, что останавливаются прохожие. Глядя на хохочущего малыша в модной кепке и ярких кроссовках невозможно поверить, что у ребенка тяжелое врожденное заболевание, из-за которого он пока не может ходить. А коляска, в которой его катит мама Марина*, причиняет мальчику боль и лишь усугубляет состояние поврежденного позвоночника. Получить специализированную, прописанную в индивидуальной программе реабилитации, семья не может с 2016 года. Но это, пожалуй, самая маленькая из всех проблем, с которой пришлось столкнуться семье больного ребенка.

Вообще Ване полагаются две коляски – комнатная и прогулочная. Но ни одну, ни другую Фонд социального страхования не предоставил до сих пор, хотя Марина подала заявку на технические средства реабилитации сразу, как сыну установили инвалидность. На протяжение полутора лет мама, написавшая за это время не одну жалобу, слышит один и тот же ответ: закупить нужное оборудование город пока не в силах, контрактов нет. Ждите.

Впрочем, даже если бы коляски дали вовремя, пользоваться ими было бы затруднительно – например, комнатная бы попросту не прошла по узенькому коридору старой хрущевки. Жилье – это самая большая проблема семьи Богдановых. Квартира, которую они делят с родственниками, категорически не приспособлена под нужды ребенка-инвалида: ни крохотный туалет, ни ванная, ни пятиметровая кухонька, где не развернуться двум взрослым. В сорокаметровой квартире ютятся шесть человек: Марина с мужем и двумя детьми занимают две смежные комнаты, в двух других – мама мужа и его брат. И ладно бы, если бы все жили по заветам кота Леопольда, дружно и весело. Но реальность далека от мультфильма. В ней родная бабушка Вани, увидев его впервые, сразу заявила: «На меня можете не рассчитывать!» Впрочем, и до появления внука отношения со страшим сыном и невесткой были более чем натянутые. Их соседство по квартире – вынужденная мера, ведь другой жилплощади у Богдановых нет.

Марина приехала в Петербург из Молдавии в 2012-м, через год перевезла старшую дочку. Познакомилась с Юрием, поженились, родился Ванечка. О том, что малыш болен, мама узнала в роддоме. Сообщили ей об этом в лучших традициях нашей медицины: бросили в лицо диагноз, ничего не объясняя. Заметив непонимание, врач пояснила – ребенок, скорее всего, «будет овощем». Потом прислали в палату психолога.

«Она ожидала встретить убитую горем мамочку в слезах, – вспоминает Марина. – И очень удивилась, когда увидела мою улыбку! Через полчаса мы уже беседовали как старые знакомые. Благодаря ей, я вышла из больницы с четким планом действий».

Мальчику сделали несколько операций на позвоночник, поставили шунт, чтобы в мозгу не скапливалась жидкость. Папа оказался не готов к такому испытанию, мелькали даже мысли отказаться от крохи. Но Марина мягко и целенаправленно «работала» над мужем, и, в конце концов, отцовский инстинкт победил. Оба родителя души не чают в Ванечке, и сложности, связанные с его диагнозом, их не пугают.

Однако, увы, далеко не все вокруг преисполнены желания помогать семье с больным ребенком – в том числе и те, кто обязан делать это по закону. Сложности возникали на каждом шагу: и с ортопедической обувью (из четырех положенных пар в год получили лишь одну, да и из нее успели вырасти), и с обеспечением бесплатными лекарствами (Вани почему-то не оказалось в базе льготников), и с туторами для фиксации ног (до сих пор не выдали, а носить их нужно каждый день). Проблемой стало и зачисление в садик, несмотря на первоочередное право ребенка-инвалида. Мама подала документы еще в феврале, однако спустя три месяца так и не получила никакого ответа по поводу зачисления. А когда позвонила, чтобы уточнить, выяснилось, что ее заявление даже не рассматривали – якобы, не хватало одной справки. Пришлось подавать весь пакет повторно, но места в нужном садике уже закончились. В итоге в последний день работы комиссии по комплектованию маме сообщили, что Ванечку определили в другое учреждение. Но оно находится на другом берегу Невы – только на дорогу уйдет два часа туда-обратно…

Марина стоически переносила всю бюрократическую чехарду, терпеливо писала новые запросы, названивала в инстанции, ругалась, требовала и даже иногда угрожала. Но в битве за получение жилья она все-таки сломалась. В ноябре 2017-го она обратилась в Межведомственную комиссию по обследованию жилых помещений инвалидов (МВК), чтобы квартиру признали непригодной для проживания ребенка с множественными нарушениями. Для этого жилье должны обследовать и дать соответствующее заключение. Однако прошло пять месяцев – никто так и не пришел. Разгневанная мама позвонила в администрацию, но в ответ услышала лишь хорошо знакомую фразу «Вами занимаются, ждите». На резонный вопрос, сколько еще ждать, Марину и вовсе ошарашили. Оказалось, согласно регламенту, комиссия выходит с инспекцией только на два адреса в месяц.

«Ваш номер в очереди – сорок первый», – закончили диалог на том конце.

«Легко посчитать, что при таком раскладе к нам придут почти через два года! – в отчаянии написала Уполномоченному Марина. – И это ведь они будут лишь оценивать ситуацию, а не исправлять ее! Помогите, пожалуйста, во всем разобраться!»

Светлана Агапитова связалась с сотрудниками Межведомственной комиссии – там подтвердили странный регламент, сославшись на внутреннее распоряжение администрации. Тогда детский омбудсмен попросила прокуратуру проверить деятельность МВК. По итогам проверки выяснилось, что районные чиновники нарушили целый ряд законодательных актов. Надзорное ведомство вышло с иском в защиту интересов Вани – теперь провести обследование в квартире обяжет суд.

Удалось сдвинуть с мертвой точки и вопрос с получением средств реабилитации. По ходатайству Уполномоченного Марину пригласили в ФСС на совместный прием с заместителем прокурора Петербурга, который взял на личный контроль обеспечение ребенка TCP. На днях мама сообщила, что предоставить коляски должны до конца июля. Это существенно улучшит качество жизни Ванечки. Впрочем, останавливаться Марина не намерена: она твердо уверена, что сумеет поставить малыша на ноги в прямом и переносном смысле.

«Ваня будет ходить, вот увидите!» – сияя, произносит она.

И становится ясно: мама не просто надеется, она знает наверняка.

* – персональные данные изменены.

Также по теме «Здоровье»

Эта тема в докладе Уполномоченного: О содействии Уполномоченного в защите прав детей с ограниченными возможностями здоровья


Добавить комментарий:

E-mail:   Пароль:

Не зарегистрированы? Регистрация

 Пожалуйста, введите код с картинки:



Мы в соцсетях:


           

© 2010-2018 Уполномоченный по правам ребёнка в Санкт-Петербурге. СПб, переулок Гривцова, д. 11 Тел. (812) 576-70-00